В воскресенье, 26 апреля, исполнилось уже 40 лет с момента аварии на Чернобыльской атомной электростанции. За четыре десятилетия, прошедшие с трагедии, многое изменилось: распался Советский Союз, на его обломках были построены новые страны, в которых выросли новые поколения граждан. Но герои — участники тяжёлых событий 1986 года — живут рядом с нами. С двумя из них «Городские новости» в нынешнем апреле сделали два интервью. В сегодняшнем номере вспомним об аварии, о том, как тогда красноярцы помогали устранять её последствия, а сейчас отдают дань уважения людям, пожертвовавшим здоровьем и жизнью ради благополучия планеты.

Инженеры, медики, военные

Страшный взрыв на четвёртом энергоблоке Чернобыльской АЭС прогремел ночью. В результате произошло полное разрушение реактора, что привело к масштабному выбросу радиоактивных веществ. Последствия катастрофы были ужасающими: более 100 тысяч человек пришлось эвакуировать из зоны поражения, а радиоактивному загрязнению подверглось около 200 тысяч квадратных километров территории. Наибольший ущерб понесли Украинская, Белорусская ССР, РСФСР. Разрушения могли оказаться более страшными, минимизировать масштабы катастрофы сумели власти СССР и рядовые граждане.

В считаные часы была создана правительственная комиссия, которая организовала работы по ликвидации последствий аварии. Люди со всего Советского Союза отправились на борьбу с радиацией. Позже их всех стали называть ликвидаторами. В общей сложности в опасных работах приняли участие свыше 600 тысяч человек.

Чернобыльская трагедия стала общей бедой для всей страны — и Красноярский край не остался в стороне. Регион не просто оказал помощь деньгами, техникой и одеждой: он отправил в зону катастрофы своих лучших людей. Основу отряда, который в целом насчитывал свыше 2 600 человек, составили военные — около 1 600 кадровых офицеров и резервистов. Но были в нём и гражданские: медики, водители, повара — все, кто был нужен там, в непосредственной близости от разрушенного реактора.

А одними из первых в Чернобыль отправились инженеры НПО «Сибцветметавтоматика», работники «Сибхимстроя», железногорского «Сибхиммонтажа» и зеленогорского УС-604.

По всей стране, словно в военное время, мобилизовали технику. По железным дорогам в эшелонах к Чернобылю шли бульдозеры, ещё вчера работавшие в карьерах, краны со строек, автобусы, недавно возившие пассажиров. Отдельными составами везли спецмашины.

Красноярские инженеры из «Сибцветметавтоматики» совершили настоящий подвиг. В кратчайшие сроки они оснастили радиоуправлением бульдозеры ДЭТ-250, произведённые в Челябинске. Эти машины стали одними из немногих, что могли работать в условиях запредельной радиации, в то время как высокотехнологичная зарубежная техника часто отказывала. Радиоуправляемые ДЭТ-250 расчищали завалы, прокладывали дороги к энергоблоку, помогали строить фундамент саркофага над реактором.

Но даже самая умная машина не заменит человека. Там, где техника сдавала, спасали мужество, самоотверженность и героизм ликвидаторов — тех, кто не отступил перед лицом невидимой угрозы.

Жили и смеялись

Воспоминания красноярцев, которые принимали участие в работе на АЭС, можно прочитать в книге «Чернобыль. Труд и подвиг», которая вышла в 2011 году. В издании приводится случай, когда бульдозер упёрся в завалы и заглох. Радиация высокая, но и бросить дорогую технику нельзя. Решение принял Владимир Щепанский. Сорокалетний главный конструктор по разработке геофизической аппаратуры НПО «Сибцветметавтоматика» некогда служил в этих местах. Будучи механиком-водителем тяжёлого танка, принимал участие в учениях на Припяти. Тогда танки преодолевали тренировочные опасности по дну реки. Сейчас опасность была иного рода, невидимая, но требующая не меньшего присутствия духа, чем форсирование Припяти. И Владимир Адамович вылез из защищённого ИМР — инженерной машины разграждения — бросился к ДЭТ-250 и завёл двигатель.

Несмотря на ежедневный риск, участники ликвидации аварии старались не унывать. В книге «Чернобыль. Труд и подвиг» опубликованы воспоминания Людмилы Старшиновой, которая в 1986 году в опасной зоне трудилась в столовой. «Поехала добровольно, как член коммунистической партии, — рассказала Людмила Геннадьевна. — Работали мы в столовой пионерского лагеря. Вахты кормили. Смена начиналась в четыре утра и заканчивалась глубокой ночью. Работать приходилось в сложнейших условиях. Погода была жаркой, плюс жар от раскалённых печей. Вентиляцию включать запрещалось, чтобы не разносить радиационную пыль. И тем не менее мы жили, смеялись и даже устраивали небольшие праздники. Никогда не забуду, как мне пришлось стряпать торт для молодого официанта. Сама вызвалась. Хотелось, чтобы он запомнил свой чернобыльский день рождения. Масло таяло от жары. Я сделала корнетик из пергамента и начала делать розы. Все присутствующие собрались вокруг меня и дули на масло, чтобы оно не растекалось, пока я сооружала это кондитерское чудо. У многих в глазах были слёзы. Я и сегодня не могу спокойно вспоминать об этом».

В защиту прав

Четыре года потребовалось, чтобы выполнить основные ликвидационные задачи в Чернобыле, построить саркофаг над реактором. Когда стало понятно, что радиация оказала значительное влияние на здоровье многих ликвидаторов, в СССР и РСФСР были приняты законы о социальной защите граждан, пострадавших вследствие этой аварии. Однако позже в эти документы начали вносить поправки, которые снижали компенсации за вред здоровью, сокращали объёмы медицинской помощи и санитарно-курортного обслуживания. Чернобыльцы всей страны стали отстаивать свои права. В Красноярске первое объединение ликвидаторов возникло в Ленинском районе. 21 декабря 1991 года начал свою работу краевой Союз «Чернобыль», руководителем которого стал Александр Бевза, начальник СМУ «Сибхимстроя», начальник 2-го Красноярского района второй вахты.

Сегодня в нашем крае зарегистрированы 16 местных отделений краевого Союза «Чернобыль». 2002 году председателем правления городской и краевой организации Союз «Чернобыль» был избран Владимир Михайлов, принимавший участие в ликвидации аварии в качестве заместителя командира роты 2-го батальона 29-го полка химической и радиационной защиты.

«Наша задача — отслеживать исполнение закона о социальной защите граждан, пострадавших при катастрофе на Чернобыльской АЭС, — отметил Владимир Михайлов. — Закон был принят ещё в 1991 году, после того, как потребовалось регламентировать вопрос о защите ликвидаторов. С того времени он изменялся раз пятнадцать. И не всегда удачно. Но суть нашей организации не в борьбе с государством. Нам важно показать, что Чернобыль — это не трагедия ликвидаторов, а настоящее мужество и титанический труд. Мы приобрели уникальный опыт ликвидации последствий радиационной катастрофы, и теперь важно не растерять его, не дать забыть о нём будущим поколениям, чтобы не допустить впредь повторения подобного».

При подготовке публикации использовались материалы книги «Чернобыль. Труд и подвиг. Красноярским ликвидаторам Чернобыльской аварии посвящается»